Старик пять лет работал садовником на другой планете

Описание

Тоска заела, Паш. Не поверишь. Там всё идеально. Ни войн, ни болезней, ни ЖЭКа, ни счетов за отопление. Все улыбаются, все братья. А я... я скучал по нашей грязи. По снегу этому мокрому. По запаху бензина. По тебе, дураку старому. Не моё это. Мне место здесь в России, а не в райском саду…

Виктор потер лицо руками.

— Они меня отговаривали. Ия плакала. Говорила: «Ты там погибнешь, Вик. Там вибрации низкие, там злость в воздухе висит». А я говорю: «Это моя родина. Я там родился, там и помереть должен».

— И как вернулся?

— Так же. Пошел к озеру Зеркальному. У них это место перехода. Нырнул. И вынырнул на Которосли. В той же куртке, в тех же сапогах резиновых. Только пять лет прошло. Для всех я — мертвец. Квартиру продали, жена умерла год назад...

В кухне повисла тишина. Слышно было, как капает вода из крана и гудит старый холодильник «Свияга».

— А доказательства? — спросил Павел. — Ну, кроме шрама. Может, ты в монастыре жил? Или в тайге?

Виктор полез во внутренний карман потертого пиджака. Достал небольшой предмет, завернутый в тряпочку.

Развернул.

На ладони лежал камень. Или не камень. Он был похож на кусок застывшего света. Полупрозрачный, теплый, пульсирующий изнутри мягким голубым сиянием.

— Это семя, — сказал Виктор. — Семя их дерева. Древа Равновесия. Они дали мне его с собой. Сказали: «Посади там, где больше всего болит».

Павел протянул руку, хотел потрогать, но отдернул. От предмета шло тепло, как от живого существа.

— И где посадишь? — шепотом спросил он.

— Не знаю пока. Думал, у себя на даче. Но это мелко. Надо где-то... где людям плохо. Где земля плачет.

Виктор спрятал семя обратно в карман. Сияние исчезло, но в кухне стало как будто темнее и холоднее.

— Ты мне веришь, Паша? — снова спросил он.

Павел посмотрел на друга. На его чистую, молодую кожу рук. На ясные глаза, в которых больше не было той стариковской мути, что появилась после смерти жены.

— Наливай, — хрипло сказал Павел. — Верю. Только давай так: ты это семя посадишь, а я помогать буду. У меня лопата хорошая есть, титановая. И навоз привезем. И всё-таки чудно вышло. Тебя объявили мертвым, а ты вон. Я как тебя увидел думал сам кони бросил. И ты из мной пришел.

Виктор улыбнулся.

— Я сам не поверил, когда нашу страну увидел. У вас тут такое сейчас творится, что мама не горюй. Я бы ни за что не поверил, если бы новости не прочитал.

— Лишь бы 90-е не вернулись. А так живем в новых реалиях, как говорится.

Они допили водку молча.

А через неделю в Ярославле, в самом центре заброшенного парка у старого завода, где годами была свалка и собирались наркоманы, вдруг пробился росток. Росток надежды на лучшее.https://dzen.ru/a/aaWTaIRDvXVRmZCw